Понедельник, 30 Апрель 2012 19:00

Житие Преподобного Пахомия Великого

Память 15/28 мая

Преп. Пахомий Великий. Афон.  XVПреп. Пахомий Великий. Афон. XV

Преподобный Пахомий родился около 295 года в Верхнем Египте, в Фиваиде, в окрестностях города Эсне. Родители его были язычники. Пахомий, по обычаю тех мест, в раннем возрасте пошел в школу, где, кроме основных знаний, также преподавались и правила нравственности, так что задатки целомудренной жизни сказались в Пахомии очень рано. Однажды одна женщина стала склонять юношу на грех с нею. Пахомий же строго ответил ей: “Не могу совершить столь худой поступок; разве глаза мои – глаза собаки, чтобы мне согрешать с сестрою моею?”– и немедленно ушел. Впоследствии он сам рассказывал об этом случае монахам, убеждая их тщательно предусматривать соблазны и искушения.

Когда Пахомию исполнилось 20 лет, он был взят в войско. Во время одной из остановок к месту их отдыха явились некие люди и стали всех угощать разными кушаньями. Когда Пахомий спросил, почему эти люди так заботятся о них, совсем не зная их, ему отвечали, что это христиане, и что они поступают так ради Бога. Это оказало сильное действие на Пахомия, и он дал обет верности Христу.

После военной службы святой Пахомий отправился в уединенное селение Шенесит (Хиновоск), где принял святое крещение и долго жил неподалеку, в тогда уже пустом храме Сераписа. Средства к пропитанию Пахомий добывал, возделывая овощи и несколько пальм, чьи плоды он отдавал тем, кто приходил сюда, и местным беднякам. Пахомий преуспевал здесь в любви к ближнему. Когда в селении стала свирепствовать заразная болезнь, Пахомий с любовью служил больным. Благочестие и рассудительность Пахомия уже и в это время привлекали к нему многих и на постоянное жительство. Однако по прошествию трех лет он стал уже тяготиться многолюдством и, начал искать себе руководителя в духовных подвигах, ибо встретился с церковными разногласиями. Он со слезами молил Бога открыть ему, где истина, и однажды во время такой молитвы услышал голос, что истина хранится в той Церкви, которой управляет Александр, епископ Александрийский. Тогда Пахомий оставил свое жилище, упросив одного монаха возделывать здесь овощи и пальмы ради бедняков.

Он решил пойти учеником к аскету Паламону, известному строгим образом жизни, непосильным для многих. Увидев решимость Пахомия, авва Паламон принял его. После трехмесячного испытания и сугубых молитв старец облек Пахомия в монашеские одежды и стал приучать к ночному молитвенному бодрствованию, а также к строжайшему посту, не разрешая даже на Пасху вкушать масла, а только хлеба с солью, посыпанной золой. Пахомий часто уединялся среди гор и целые дни и ночи проводил в молитве, воздевая руки к небу и не позволяя себе опустить их.

Однажды Пахомий ходил по пустыне. Наконец, он достиг развалин селения Тавенниси, немного к югу от Шенесита, и здесь услышал голос: “Пахомий, Пахомий, подвизайся и пребывай на этом месте; построй себе обитель, и множество людей придут к тебе, чтобы сделаться монахами около тебя, и получат они пользу душам своим”. Пахомий сообщил авве Паламону об этом. Оба отправились в Тавенниси и построили келию. Старец предрек здесь близость своей кончины и славу будущего Пахомиева монастыря. После продолжительной молитвы они расстались, и авва Паламон вернулся назад. Вскоре он опасно заболел, и Пахомий, придя к нему, ухаживал за своим старцем до самой его смерти.

Потом он возвратился в Тавенниси, скорбя о почившем наставнике, с которым подвизался 10 лет, и в своем уединении предался усиленным подвигам. Однажды к нему пришел старший брат его, Иоанн. Беседа Пахомия сильно подействовала на него, и он остался в Тавенниси навсегда. Они проводили очень строгую жизнь. Одетые в грубое платье, стояли до утра на молитве, не сгибая ни колен, ни рук, простертых к небу, а если их одолевал сон, то садились на том же месте, где совершали свою молитву, но не позволяли себе опираться на что-нибудь. В продолжение дня подвижники до тех пор занимались телесным трудом, пока зной от палящих лучей южного солнца не делался невыносимым. Братья все сильнее любили друг друга и смирялись один пред другим, Иоанн же более и более преуспевал в подвигах благочестия и самоумерщвления. Скоро достигнув высокого духовного совершенства, он умер, оплакиваемый Пахомием.

Святой Пахомий в это время был уже истинным подвижником. Поэтому и искушения бывали у него очень сильные, но своею молитвою и терпением он всегда успевал отражать страшные козни врага: навеваемые им видения, внушаемые им помыслы тщеславия, гордости, похоти, причудливые страхования. Борьба с темными силами ада требовала от Пахомия большого напряжения всех сил. В это время Господь послал ему нового утешителя – в лице опытного инока Аполлона (или Иерокапаллона), но вскоре и тот отошел ко Господу.

Однажды, когда Пахомий собирал тростник для своего рукоделия, ему явился Ангел Господень и возвестил: “Пахомий, Пахомий, Пахомий! Воля Божия, чтобы ты служил роду человеческому и воссоединял людей с Богом”. Когда Ангел удалился, Пахомий, глядя вслед, сказал: “Это дело Господне”.

Вскоре после явления Ангела к преподобному Пахомию пришли подвизаться три боголюбца: Пшентаиси, Сурус и Пишой. Убедившись в их искреннем благочестии, Пахомий принял их и облек в монашескую одежду, они же с усердием предались подвигам, руководимые примером и наставлениями святого Пахомия. Их поражало его трудолюбие в служении ближним. В свою очередь, освобождая новых иноков от всякой внешней заботы, Пахомий внушал им, чтобы они усердно занимались делами, которые прямо ведут к очищению сердца, к укреплению воли в добро. Единообразие в пище и одежде было признано необходимым в этом маленьком общежитии.

Слух о святом Пахомии более и более распространялся по Египту. К нему стали являться другие искатели подвижничества. Приходили иногда и отшельники, уже достигшие высокого духовного совершенства, чтобы отдать себя под руководство святому Пахомию: авва Печош (или Пекусий), авва Корнилий, авва Павел, авва Пахомий и авва Иоанн. Пахомий всех их принял с радостью. В обитель стремились многие, но он с великим рассуждением отбирал к себе лишь тех, кто по испытании показывал себя годным к иночеству.

Вскоре святой Пахомий построил церковь в селении, в которой усердно исполнял обязанности чтеца, а для совершения евхаристии приглашали туда пресвитера. Но количество иноков в Тавеннисийском общежитии более и более увеличивалось, и, когда оно достигло ста человек, Пахомий построил церковь и в монастыре.

Преп. Пахомий Великий. Москва. 1990-еПреп. Пахомий Великий. Москва. 1990-е

Между иноками Пахомиева монастыря никто не имел пресвитерского сана. И сам Пахомий не хотел принять этот сан. Он часто говорил братии: “Хорошо для нас и не просить о подобном деле, чтобы между монахами не было ни зависти, ни спора, ни непослушания, ни разделения, вопреки воли Божией. Как огонь на гумне, если бы не поспешили погасить его, погубил бы труд целого года: то же самое представляет помысл гордости в своем начале”.

Известен следующий случай из его жизни. Однажды святой Афанасий Великий обозревал паству. Навстречу ему выходили епископы, пресвитеры и народ. Вышел и авва Пахомий со своими иноками, поющими псалмы. В это время Серапион, епископ Тентирский сказал святителю: “Прошу твою любовь сделать священником авву Пахомия, отца монахов, чтобы он управлял всеми монахами моего округа”. Услышав это, святой Пахомий тотчас скрылся. Святой же Афанасий сотворил молитву и сказал ученикам Пахомиевым: “Приветствуйте вашего отца и скажите ему: ты скрылся от меня и избежал того, что может возбудить зависть и соревнование; ты избрал добродетель, которая пребудет вечно со Христом. Пусть Господь наш воздаст тебе по желанию твоему”.

Преподобный Пахомий был для иноков и учителем, и судией, и образцом. Он постоянно убеждал иноков не ослабевать в молитве, пользовался всяким случаем, чтобы сказать слово назидания тому или другому брату. Иноки всякий вечер собирались для духовной беседы и вообще любили назидать друг друга теми уроками, какие каждый извлекал из чтения слова Божия и из наблюдений над жизнью тех или других людей. Праздных бесед и пересудов не было в Тавенниси.

Некоторые иноки были так строги к себе, что вкушали пищу только один раз в два дня. Однако пост, согласно первоначальному уставу, не налагался ни на кого против воли. Только более близких к себе иноков святой Пахомий склонял совсем воздерживаться от пищи по средам и пятницам. Все проходившие то или другое послушание в монастыре, особенно начальники, были очень усердны и неохотно соглашались на отдых, дозволенный великим аввою. Они были убеждены в том, что этот мир есть место не отдыха, напряженного труда, постоянной борьбы и самоотверженных подвигов. От всякого инока требовалось полное подчинение начальнику и безусловное исполнение устава. Это было главным отличием жизни киновии от жизни отшельнической. В полном послушании был и залог духовного совершенствования киновитов.

Когда в Тавенниси количество иноков увеличивалось более и более, умножались и различные обязанности по монастырю. Иноки своим трудом приготовляли для обители все необходимое, и лишь немногое им приходилось покупать в городах. Деньги хранились, по заповеди святого Пахомия, в одном месте, в распоряжении эконома. Иноки не могли иметь свои деньги. Между монахами было много таких, которые пришли в монастырь еще в детстве со своими родителями. Они и позже не умели различать золота от серебра и были совершенно равнодушны к деньгам.

Нестяжательность братии была так велика, что всякий имел только одну одежду и одно покрывало из овечьей или козьей кожи.

В путешествие отправлялись всегда несколько человек вместе, стараясь соблюдать безмолвие. В мирских домах иноки обыкновенно не вкушали пищи. Никто в монастыре не мог рассказывать того, что он видел или слышал в мире, если это не вело к общему назиданию. Странники принимались в особом помещении, а о приходе кого-нибудь из родных говорили кому следует только привратники.

Даже пришедшей сестре Марии святой Пахомий отказал в свидании. Он послал монахов построить для нее жилище на другой стороне Нила. Вскоре она стала там основательницей и старицей монастыря. Авва Пахомий также с великим усердием заботился об этом монастыре. Он же составил для него правила монашеской жизни. Количество сестер в женском общежитии скоро умножилось до четырехсот.

Когда и в мужском монастыре стало тесно, то, по внушению Божию, святой Пахомий нашел еще место, удобное для обители. Оно называлось Певоу. Здесь и был устроен новый монастырь, очень обширный и вскоре сделавшийся средоточием всего общежития. Монастырь этот был обнесен оградою, в нем построили и церковь. Из старого монастыря в новый Пахомий переселил много монахов, притом именно таких, которые хорошо привыкли к порядкам общежития и могли быть опытными руководителями и служить добрым примером для новых братии. Прошло некоторое время, и уже два монастыря не могли вмещать всех желавших здесь подвизаться. Постепенно устроилось еще семь монастырей. Количество иноков в Тавеннисийском общежитии дошло до 7 тысяч человек. И все это множество иноков, рассеянных по многим обителям, было единым иноческим братством. Святой Пахомий часто посещал все монастыри. Сам он стал жить в монастыре Певоу, где сосредоточивалось общее управление всех монастырей. Во время своих путешествий для обзора обителей святой Пахомий учил монахов не только словом, но и примером. Он готов был повиноваться всякому, смирялся пред низшими и принимал урок даже от самого юного члена общежития.

Долгое время в Тавеннисийском общежитии подвизались одни копты, но затем сюда пришли греки и римляне. В деле попечения о греках преподобному Пахомию помогал Феодор, бывший чтец Александрийской Церкви. Но и сам святой Пахомий позаботился о том, чтобы научиться греческому языку.

Смирение Пахомия было велико, хотя и совершал он необыкновенные подвиги. Святой Пахомий боялся осуждать других даже в мыслях. Сподобляясь неоднократно видений и откровений от Бога, он говорил о них братиям тогда, когда от своего рассказа ожидал пользы для братии.

Однажды братия просили его рассказать какое-нибудь из его видений. Святой Пахомий сказал: “Тот, кто исполнен грехов, не получит благодати духовных видений. Но если ты желаешь иметь возвышенное видение, то я укажу тебе на одно из них. Когда ты увидишь человека благочестивого, скромного сердцем, чистого – вот прекраснейшее из видений, ибо ты тогда видишь Бога невидимого в этом видимом человеке. Не спрашивай другого видения, которое было бы предпочтительнее этого”.

В высшей степени нестяжательный, Пахомий носил очень бедное платье. Оно заменяло ему и покрывало в холодное время. В этом одеянии он принимал приходивших к нему священников и монахов. Во время болезни он не соглашался покрыться лучшим покрывалом вместо рогожи и принять горсть фиников, а также вкусить кушанья с маслом.

С особенною любовью относился Пахомий к больным инокам. Более всего он заботился о спасении души заболевшего брата. Он убеждал больного благодарить Бога и бодро смотреть на свое будущее, возлагая упование на Господа. Он готов был доставить больному всяческое утешение ради любви к ближнему. Так, он разрешил одному тяжко больному вкусить говядину, сказав возмущенной братии: “Ужели вы не видите, что этот брат почти мертв? Почему вы не дали ему того, чего он у вас просил? Ведь есть различие между болезнями, и одна болезнь бывает более жестокою чем другая”.

За высокие добродетели Господь наградил святого Пахомия дарами прозорливости и чудотворений. Случился однажды в монастыре недостаток в пшенице. Пахомий целую ночь провел в горячей молитве. Наутро же пришел начальник одного города с запасами хлеба. Он сказал, что дал обет отдать нуждающимся хлеба, и что в эту ночь он узнал во сне, что именно братия этого монастыря имеет такую нужду.

Преп. Пахомий Великий. Русь. XVIIПреп. Пахомий Великий. Русь. XVII

Святой Пахомий боялся, как бы иноки не пристрастились к чему-либо земному. Он боялся даже, чтобы красота храма не развлекала монахов. Усердно предостерегал святой Пахомий учеников своих от тщеславия, советовал и по внешности не выделяться из среды братии. Он убеждал творить подвиги втайне, ради Бога, а не ради похвалы человеческой.

Одного инока, который проводил много ночей в непрерывном молитвенном бодрствовании, услаждаясь надеждою заслужить уважение от людей, Пахомий убеждал изменить такой образ жизни и все делать ради Бога, не давая диаволу места в сердце своем. Но монах делал по-своему, ругая при этом старца, и действительно был посрамлен диаволом, когда парализовало его руки. Лишь тогда он исцелился от своего безумия и упорной гордости.

Другой брат в день успел сплести две рогожи и ожидал себе похвалы от аввы Пахомия. Видя его душевное состояние, Пахомий сказал своим собеседникам: “Не видите ли вы этого несчастного брата? Он потерял сегодняшний труд, так как возлюбил славу от людей более, чем славу от Бога; он самого себя утомил и душу свою лишил всякого успеха и прибыли”. Пахомий велел брату принести эти рогожи, когда братия соберутся в церкви, и просить у иноков прощения и молитв. То же он должен был сделать и в трапезе во время обеда. Чтобы еще более уврачевать его душу, Пахомий велел ему безвыходно сидеть в келии, ежедневно приготовлять по две рогожи вместо одной, есть только хлеб и соль, ни с кем не разговаривать, кроме одного брата, который будет доставлять ему хлеб, и усердно просить у Бога прощения в своем грехе.

Однажды святому Пахомию пришлось зайти в монастырь, где иноки были заражены еретическими воззрениями. Здесь монахи передали Пахомиевым ученикам, что их начальник предлагает Пахомию вместе перейти через реку, чтобы показать, кто из них прав, кто более угоден Богу. Пахомий же сказал им строго: “Мои труды и заботы направлены не к тому, чтобы перейти через реку пешеходом, но к тому, чтобы избежать наказаний Божиих и перейти через ту огненную реку, через которую мы все, люди, должны перейти перед престолом Господа нашего Иисуса Христа. Сверх того Евангелие говорит: Не искушай Господа Бога твоего”. Святой Пахомий в предложении еретиков видел козни сатаны, желавшего чудесным явлением поколебать в монахах веру и возбудить в них тщеславие.

Преподобный Пахомий не желал, чтобы иноки предавались строгим подвигам по принуждению, а не по собственному влечению. Так, он приказал сжечь рогожи, которые братия изготовили не по благословению, а своевольно, по излишнему усердию. Но при этом святой Пахомий пользовался любым случаем, чтобы возбудить в них усердие к подвигам, к плачу о грехах, к духовному преуспеянию. Как-то раз, проходя со своим учеником Феодором вблизи гробниц, Пахомий увидел несколько женщин, которые безутешно плакали. Он сказал Феодору: “Взгляни на этих женщин, – как горько они проливают слезы о мертвых, которых не могут воскресить. Тем более мы, которых называют монахами, не должны ли плакать о наших душах, мертвых из-за греха, и которые воскресит Христос по Своему человеколюбию!”

Преподобный Пахомий и его монахи заботились не только о своем спасении и благополучии, но и о спасении и благоденствии ближних. Так, однажды преподобному Пахомию сказали, что в Египте большой голод, к которому присоединилась еще и моровая язва. И во все время, когда голод продолжался в Египте, Пахомий был в великой скорби, предавался самому строгому посту и молился о прекращении народного бедствия. Молился он, и чтобы Господь помогал инокам исполнять их высокие обеты; и за тех мирян, кто порабощен еще греху или омрачен ересью; и за царей, чтобы они жили в любви у Бога и творили суд обидимым; и за пастырей, чтобы Господь помог им быть верными преемниками апостолов. Много людей обратилось доброй жизни под влиянием его святой жизни и молитв.

Святой Пахомий, при Божием содействии, оказывал людям чудесную помощь в их телесных недугах. Некий пресвитер Дионисий привел к вратам обители кровоточивую женщину, которая ни от кого не получала помощи и получила теперь исцеление чрез прикосновение к краю одежды святого Пахомия. Исцелил он, чрез помазание елеем, приведенную одним человеком дочь его, причем сказал отцу ее, что она не живет в девственной чистоте и заповедал ей чрез отца быть целомудренною. Много и бесноватых получило исцеление от преподобного.

Но однажды святой Пахомий молился за человека, одержимого нечистым духом, и ему был глас свыше, чтобы он прекратил свою молитву, так как это несчастье постигло человека для его же душевной пользы. Хотя рукою Пахомия Господь совершал много исцелений, но великий авва всегда считал высшим и более необходимым исцеление души от служения идолам, от лжи, от блуда и нечистоты всякого рода, вообще от всякого греха.

Велики были плоды деятельности святого Пахомия. Иноки под его руководством достигали высокого совершенства. Так, садовник Иона 85 лет провел в монашеских трудах и особенно в нестяжании и строжайшем посте. Все деревья в саду были посажены им, но он никогда не вкушал их плодов. Платье его было самое нищенское, нечто вроде кожаного покрывала, едва прикрывавшего тело. Он совсем не думал о телесном покое. Целый день работая в саду под палящими лучами солнца, Иона только к вечеру прекращал этот нелегкий труд и уходил в свою келию, где до полуночи вил веревки, устами и сердцем прославляя Бога. Потом только на короткое время он засыпал и скоро вставал, чтобы отдаться молитве. Он умер сидя на своем стуле, веревки оставались в его руках. Его похоронили в том виде, как он умер, облекши только в шерстяной саван.

В Пахомиевом общежитии был один инок, пораженный проказою, по имени Афинодор. Этот инок показал редкий пример терпения, благодушия и трудолюбия при постоянной, жестокой болезни. Подобно всем монахам общежития он ежедневно плел по рогоже, хотя руки его, поврежденные проказою, от работы обагрялись кровью. Сердобольный брат советовал ему хотя растирать руки маслом. Афинодор последовал этому совету, но Пахомий с братским укором заметил, что он должен не возлагать надежды на масло, а всецело отдать себя на волю Божию, так как не без Промысла Божия эта болезнь постигла его. Афинодор признал себя виновным и просил у Пахомия прощения. Он целый год потом оплакивал этот грех. Так строги были к себе иноки Пахомиева общежития.

Святому Пахомию Господь открывал и будущие судьбы иночества. Однажды многие братия с Пахомием отправились резать тростник. Когда уже нагрузили лодку тростником, Пахомий увидел нечто очень страшное. Ему представилось, что некоторые из иноков находятся в пасти львов, иные в пасти крокодилов, другие среди огня, а некоторые под горою, на которую напирают волны: они стараются взойти на гору, но все их усилия оказываются тщетными и они восклицают: “Господи, помоги нам!” Увидев это, Пахомий бросил на землю тростник, который нес на плечах, простер руки к небу и начал очень громко молиться, прося у Господа помощи для этих несчастных. Все иноки также начали молиться. Молитва продолжалась до вечера. Пахомию было открыто, что это видение относится к тому времени, когда его уже не будет в живых.

В последние годы своей жизни святой Пахомий имел еще другое видение относительно судьбы иночества. Однажды, затворившись в своей келии, Пахомий молился. Вдруг яркий свет осиял его комнату и послышался голос: “Поколение, которое будет следовать за тобою, станет проводить жизнь, угодную Богу, как в эти дни”. Потом ему было открыто, как широко распространятся монастыри.

Но вот он увидел очень глубокий и мрачный ров, в котором ходили в бесчисленном количестве иноки, наталкиваясь друг на друга. Некоторые делали страшные усилия, чтобы выйти из этого рва, поднимались до половины глубины, но потом стремглав падали. Многие жалостно взывали о сострадании. Некоторым же удавалось наконец достигнуть до самой верхней точки этой бездны; великую хвалу воздавали они тогда Богу. Придя в себя, Пахомий понял, что в этом видении ему открыто будущее состояние душ иноков, которые худо ведут себя. Пахомий с великою скорбью взывал к Богу, прося Его милости к монастырям и монахам. Он почти отчаивался за них. В ответ на свои вопли к Богу он услышал голос: “Пахомий, не забывай, что ты человек: все зависит от Моего милосердия”.

Простершись на земле, Пахомий молил Бога о милосердии к нему. Тогда он был утешен явлением Самого Христа Спасителя в виде человека молодых лет, неизреченной красоты, с терновым венцом на главе. Христос открыл ему, что его ученики будут взирать на него как на светильник, от которого им и можно заимствовать свет для себя. Их поведение будет согласно с правилами. Их внутреннее настроение будет доброе. Им будут подражать последующие иноки. Но настанет время, когда вера ослабеет и пороки усилятся. Нерадение и пристрастие к чувственным благам будут отличать иноков того времени. Духовный мрак усилится. Они будут бороться друг с другом за обладание мирскими благами. Истинных подвижников будет очень мало. Они не будут иметь руководителей. Сами себя они должны будут возбуждать к деланию добра, к удалению от зла. Конечно, их подвиги будут иметь мало цены по сравнению с подвигами первых монахов. Однако они получат награду наравне с первыми, потому что им придется страдать от тяжелых условий жизни.

Пахомий был очень рад, когда ему было открыто все это. Много дней он оставался без пищи. На другой день авва предложил трогательную беседу собравшимся в церкви инокам. Настоящая жизнь, говорил он, быстро проходит, и смерть приближается к нам и может внезапно постигнуть, когда мы совсем не готовы. Человек поэтому всегда должен усердно исполнять заповеди Божии, не оставляя без внимания ни одной. Мысль о блаженстве праведных и о мучениях грешных постоянно сопровождать нас. Мы не можем не думать о тленности человека, о том, что настоящая жизнь не заключает в себе чего-нибудь, чем можно было бы гордиться и к чему можно было бы иметь пристрастие. При этом святой Пахомий предупредил иноков, что именно они, отрекшиеся от мира, будут более всех жалки, если станут поступать вопреки своему долгу и вместо Бога служить диаволу и греху.

Сильно ослабев от подвигов, преподобный Пахомий подвергся тяжкой болезни, от которой уже много иноков умерло. Святой Феодор с сыновнею любовью служил ему. Жар был необычайный, и старец не принимал пищи подолгу. Он так ослабел, что его тяготило даже покрывало. Однако он продолжал вести беседы с братиями. Дней сорок Пахомий пролежал в больнице. Преподав за это время много полезных наставлений, Пахомий Великий скончался 53 лет от роду (вероятнее всего, в 348 году). Рука Феодора закрыла глаза своего любимого аввы. Братия со слезами лобызали святое тело. Они читали молитвы об упокоении его и весь этот день, и целую ночь. Утром была принесена за него Бескровная Жертва. Затем братия с пением отнесли тело Пахомия к горе и похоронили по обычаю. Возвратившись в монастырь, братия с великою скорбно говорили друг другу: “Поистине, мы сегодня осиротели”.

Последнее изменение Вторник, 04 Август 2015 19:28

Православный церковный календарь: